i=574
На главную страницу        >>>
  
Поиск по сайту
 

 

Гений джанка

Комментарии Версия для печати
Джанк - общее обозначение всех вызывающих привыкание препаратов и производных опиума. (Берроуз )




Перенесем мальчишку с севера в танжерское настоящее время ... Он шел по серой мгле, немой как рыба, сквозь лужи теней и провалы дверей. Берроуз до такой степени ненавидел слово, что стал писателем. Писатель - убийца слов. Он ловит их сачком для бабочек, он растворяет их в серной кислоте, он бьет их как страшных ядовитых комаров или гигантских многоножек. Это и есть настоящая ЛИТЕРАТУРА. Остальное - жалкий конформизм и политкорректность. Только тотальная литература. Джанк. Предсмертная агония слов, взятая в реальном времени. После не остается ничего, кроме запаха. Они оказались славными тварями, день и ночь с меня не слезали и воняли как навозная куча. В этой статье цитаты из Берроуза не будут выделяться кавычками, потому что он никогда бы так не сделал.

То, что писал Берроуз, потом назвали Chaos-drunk литературой. Берроуз прожил неприлично долго (83 года) и при жизни стал мишенью для литературоведов. Классик с исколотыми венами пережил всех своих молодых друзей. Может быть, именно потому, что он был самым искренним в своем порыве самоуничтожения. Ему было позволено победить Болезнь и вернуться. Проведи линию гусиной кожи вверх по худой юной руке. Вставь иглу и вдави пузырек, втекай туда вместе с этим дерьмом и впитывай джанк из каждой юной клетки. Чудный, чудный джанк. Берроуз засыпал его в принтер вместо порошка.

Ад Берроуза длился пятнадцать лет. Одиночество вдвоем. Целыми днями я разглядывал носок ботинка и вел интимные разговоры с Опиумным Джонсом. Я никогда не принимал ванну. Старина Джон не любит на своем теле воду. 30 гран морфия каждый час - это чертовски много. Джанки-джанки-джанк. Берроуз один в Танжере. Конец 50-ых. Конец Болезни. В один прекрасный момент я понял, что Джонс не настоящий друг - у нас с ним разные интересы. На последние деньги Берроуз покупает билет в Англию. Оставшиеся сорок лет жизни посвящены памяти. У джанка появился свой Венечка Ерофеев.

Помните фильм "Быть Джоном Малковичем?" Глупая и пошло рассказанная история о том, как легко влезть в голову другому человеку. Нужно просто найти ту самую дверцу за холстиной. Но зачем быть Джоном Малковичем, когда можно стать Уильямом Берроузом?

Невозможно спросить "О чем романы Берроуза?". Перед нами сознание человека, ставшего джанком. Маниакальные образы зеленых мальчиков, жалобно тянущих "ми-и-истер", гомосексульные фантазии, заканчивающиеся оргазмами, каждый из которых индивидуален и неизбежно связан со смертью. Мертвая юная плоть в заношенном нижнем белье торгует сексуальными словами для магнетического Закона 334...

Это, ад, до которого не додумался Алигьери, борьба абсолютного зла с относительным добром. Двойной ужас : от величия вселенной и от того, что она в ТЕБЕ. Есть только ты и джанк, который тоже ты. Джанк и есть личность, жалкий и серый человечек только и может, что оставаться в джанковой меблированной комнатой : убогая улица, товар, припрятанный в комнате под умывальником согревает уже серую тень на дальней стене, некогда это был я, мистер.
Берроуз перепробовал все известные науке наркотики. Он дошел до самой точки, до конца. Туда, откуда не возвращаютя. Других удержал инстинкт самосохранения. Поэтому Берроуз лучше Керуака. Честнее.

Морфий, героин, дилаудид, кодеин, диокодин, дигидрокодин, методон, палфиум - у джанка много имен, он раскрывает их постепенно, одно за другим. Пойдемте со мной, ми-истер, приветствовать мусорщика и рассвет ? ископаемые остатки спокойствия возле черного хода навеки, ми-истер. БЕРРОУЗ НЕ ЗНАЛ, ЧТО ВЕРНЕТСЯ. С параноидальной настойчивостью он курил, нюхал и колол дрянь, он стал узнавать джанк в любом обличии. Зато потом Берроуз мог путешествовать во времени с помощью газетных вырезок и магнитофоных лент. Вы можете называть его сумасшедшим, но он был ТАМ и вернулся. Джанк отпустил его, чтобы было кому рассказать. На третью ночь поставили четыре палки, пальцы скребли кость... на рассвете ежились от плоти и одежды.

Берроуз сочинял свои романы на основе записей в блокноте, разлинованом на три части. В первой он записывал факты, во второй - мысли, в третьей цитаты из книг, которые в это время читал. Затем микширование, произвольное сочетание записей создавало литературу. Причем, цитаты в тексте никак не выделялись, и только по внезапной смене темы и времени можно понять, что мы читаем не Берроуза, а Шекспира, Джойса, Жене или Керуака. Метод нарезки (cut up) послужил основой для "Мягкой машин", "Билета, который лопнул" и "Экспресса Сверхновая". Принудительное скрещивание создает модель сознания chaos-drunk, в котором не действуют законы и запреты. Впрочем, запрещается использовать веревку для необоснованных казней и сжигать ниггеров в уборной, прежде, чем пассажиры закончат свой туалет. Если принять правила джанковой реальности, в этом можно найти логику и здравый смысл.

Биологический агент К9 попросил счет и уловил сверхзвуковые подражательные волны Карликов Смерти. Жизнь продолжается, пока действует джанк.

Комментарии  Версия для печати   Рейтинг: