На главную страницу        >>>
  

 

 

Четыре комнаты

Комментарии Версия для печати
Это самый маленький клуб в Москве - четыре подвальных помещения и соединяющий их коридор. Но относительно истории отечественной молодежной культуры - в клубе им. Джерри Рубина прошла целая эпоха.




Разумеется, все началось с одного человека - Светы Ельчаниновой (в миру - Лана). Судя по всему, одержимость идеей собственного клуба овладела ею прямо с рождения, потому что на момент его открытия, в 1992 году, она еще училась в школе. Но реально удивительно другое - у стройной длинноволосой десятиклассницы с самого начала не было никаких сомнений насчет главного - идеологии, суть которой можно выразить одним словом - панк. Для тех кто вдруг не знает или не понимает, что это значит, есть развернутое пояснение. Да, панк - это эпатирующая обывателя эстетика, одноименный музыкальный стиль, молодежная субкультура и все такое прочее, да... Но прежде всего панк - это человек, у которого есть только одна святыня - абсолютная свобода, меру которой определяет только он сам и больше никто. И вот Лана создала свой клуб именно для таких людей и именно этим в первую очередь он отличался от всех остальных. В нем никогда не было бара, мясистых охранников, рекламных баннеров, евроремонта и прочих атрибутов рынка развлечений. Мало того, в нем никогда не было ментов, за исключением единичных случаев. Зато с самого первого шага внутрь неизменно ощущался дух свободного самовыражения. Он и сейчас там.

Джерри Рубин и пять его друзей входили в состав Чикагской шестерки, развернувшей первую в истории США кампанию против войны во Вьетнаме. Они не остановили войну, но на достаточно долгое время переполошили всю Америку. Вдохновившись именно его идеями, Джон Леннон устраивал антивоенные акции типа "Любовь, а не война", под эгидой которых были опубликованы и знаменитые фотографии, на которых Джон и Йоко лежали обнаженными в постели. Последние несколко лет перед смертью Леннон очень дружил с Рубиным - они частенько вместе завтракали. Рубин основал молодежное движение "оранжевые акции" - антиполитические уличные перформансы, которые отличались от банальных шествий с плакатами продуманными и реализованными высокохудожественными идеями. Активно боролся за права студентов и прежде всего за свободу выбора предметов и за отмену слова божьего в качестве обязательной дисциплины.

Джерри Рубин выдвигался мэром города Чикаго. Своими потенциальными избирателями он выбрал детей. Рубин уверял их, что голосовать надо за него и тогда все образуется. В предвыборной программе он заявлял, что "будущее принадлежит детям", и агитировал их горячо и настойчиво, призывая постоянно просить родителей голосовать за него на выборах. Самим детям он обещал кучу подарков. Его окончательный рейтинг - 47% голосов, что всего на 4% меньше, чем у его главного конкурента.

В основе идеи названия клуба лежало желание использовать имя и фамилию легендарного, но живого человека. В течение первых нескольких лет существования клуба Джерри был еше жив.

В первые же месяцы в клуб повалили неформалы всех мастей. Сначала панковская элита, во главе с "Чудо-юдо", "Четырьмя тараканами" и "Дистемпером". Последние привели за собой целую волну нового поколения молодых панков и просто крайне нестандартно мыслящих подростков. К 1993 году клуб им. Джерри Рубина превратился в оплот так называемого стрэйтэдж-хардкор-движения, благодаря чему неофициальной политикой клуба стали принципы ненасилия (вплоть до вегетарианства), антирасизма в любых его проявлениях и неупотребеления любых веществ, вызывающих интоксикацию, - алкоголя и наркотиков. Практически каждые выходные проходили концерты, а Сид из "Тараканов!" устраивал разухабистые панк-утренники. В итоге почти на все девяностые маленький подвал стал убежищем для двухсот единиц сопротивления. Прямо здесь опьяненные единством панки-маргиналы образовывали группы, которые прямо здесь же, в одной из комнат, начинали репетировать.

Музыкальная история подвала на Ленинском проспекте, д. 62 изобилует бойцами видимого фронта. "Тараканы!" тогда еще были "Четырьмя тараканами" и вокалистом был Петухов, который потом стал басистом в "Маше и медведях", а Сид тогда на барабанах играл и только Ramones слушал. Часто выступал "Наив". Постоянно - "Дистемпер", Роман Неумоев, "Комитет Охраны Тепла", Татьяна Арефьева, Умка, Рженко, "Небо здесь" (тогда еще "Тим Оушен"), I.F.K., питерские легенды - "Химера" и НОМ, старейшие звезды советского панк-рока J.M.K.E. и Ник Рок'н'ролл, "Миссия Антициклон" в акустике, индустриальные буддисты Алексей Тегин и Герман Виноградов, переполошившие всех швейцарцы S.F.D.F. В Рубина дали свой первый концерт "Пурген", анонс которого сейчас на афише способен забить до отказа любой столичный рок-клуб. Тогда над ними просто весь концерт простебались - в основном, от ощущения, что группа собралась за час до концерта и вышла рубить, не имея в архиве ни одной репетиции. Порой со сцены вещал голый, ныне покойный Свин. Именно здесь состоялась такая коллекционная редкость как живое выступление притчи во языцах - коллектива "Х** Забей".

Одна из комнат клуба до сих пор работает как достаточно известная среди альтернативных музыкантов Москвы ежедневная репетиционная база.

Каждый Новый год и Рождество в клубе проводится показ новогодней сказки - детям из местной инвалидной организации и многодетных семей. Особой популярностью всегда пользовалась сказка против насилия "Продавец шлепок" - о том, как дети свергали продавца шлепок, который продавал шлепки их родителям, чтобы они их шлепали. Однажды это так сильно подействовало на детей, что когда наступил момент, в который один из персонажей должен был, по сценарию, побить этими шлепками самого продавца, все дети вдруг с криками сорвались с мест и, расхватав бутафорских шлепок, стали избивать девушку (в роли "продавца"), доведя ее почти до слез.
Вторая популярная сказка - "Антибуржуин", написанная покойным анархистом Николаем Муравиным.

Отдельной историей в клубе стали развиваться визуальные формы искусства. Открылся Народный анархический театр, без единого профессионального актера в составе. Самая популярная пьеса - "Женитьба Гоголя" в феминистской трактовке. Всех персонажей, включая самого Гоголя, играют исключительно девушки, а основную идею постановки они сами определяют как "все настоящие мужчины - гады, все настоящие героини - девушки". Здесь приютилось авангардное кино, которое ты никогда не увидишь на широком экране - из-за широты и радикальности экспериментов режиссеров-максималистов. Регулярно проходит показ немецких, английских, польских и французских фильмов на тему молодежного протеста - против государственности, против ментов, против армии и войн.

Еще есть такой замут: киноконцерт - показ фильмов без оригинального звука, при этом в качестве саундтрека - живые концерты, как правило, в стиле фри-джаз, психоэкспериментальная электроника или инструментальный авангард. Как-то раз был показ фильма одного из четырех Макларена (я в них не очень ориентируюсь, если честно), а сопровождалось все это специально подготовленым выступлением группы E-69, играющей художественный нойз-кор. В результате атмосфера накалилась настолько, что с середины показа люди стали один за другим вылетать из зала, мотивируя это тем, что у них сейчас "лопнут мозги".

Театр авангардной моды Mad Not Bad открылся в клубе несколько лет назад, но за это время крепко встал на ноги вплоть до участия в самых настоящих больших городских показах. Хотя, конечно, любимый способ показов у представителей MNB - организация шумного праздничного уличного шествия в самых непредсказуемых местах города. Моделируется разная одежда - от экстравагантной и эпатирующей до повседневной обаятельной художественной панковской рванины. Здесь, в клубе, проходят занятия - здесь же репетируются и показы.

Для всех желающих уверенно ходить по криминальной столице в Джерри Рубина открыта школа самообороны, так называемое анархическое у-шу. Это компиляция техник из всевозможных видов боевых искусств, подобранная по принципу "лучший способ выиграть битву - уклониться от нее". А для закалки духа и гражданской позиции социально-ответственного члена общества работает Беспарт-школа. Уроки проходят при отсутствии каких-либо парт и партий. Занятия представляют собой оживленнейшие беседы на политические, социальные, философские и психологические темы. Правда, в школу эту почти не ходят школьники, в основном - студенты.

Одними из самых популярных мероприятий, помимо концертов и музыкальных фестивалей, стали разного рода выставки. Самая первая - выставка неформального прикида. На обозрение общественности выставлялись вещи известных музыкантов - от носков Паука до нижнего белья Скляра. Спустя несколько дней туда просто повалила всякая одежда от разных неформалов - расшитая бисером, украшенная фенечками, красиво-порезанная, веками заношенная. Потом яркая и особенно-запомнившаяся выставка шизофренической одежды, то есть сделанной руками шизофреников. Это было весьма и весьма странное зрелище: не просто привычные формы одежды, которые можно развешать на вешалки или примерить, и даже не экстравагантные изыски кутюрье-максималистов, а настоящие шизофренические инсталляции. Выставка "Автоматического письма" группировки "Флекс": огромное количество микрографитти с насыщенными орнаментальными узорами, которые рождаются бессознательно, - например, во время разговора по телефону, в ожидании очереди или на последних страницах тетрадей во время лекций.

Выставка молодых фотографов "Урбан Сити", отражающая индустриальную гиперреальность мегаполиса. Действительно до коликов смешная выставка анархических плакатов и анархической карикатуры из разных стран. А на выставке "За свободу от кожи и меха" на тему ненасилия над животными из-за концентрированности идеи у нескольких авторов получилась настолько сложная техника рисунка, что для ознакомления с нею приходили специалисты из школы живописи.

Ну вот, пора заканчивать, а ощущение - что ничего не сказал и не написал. Ваш покорный слуга перманентно ошивался в этом клубе с самого дня его открытия. Можно сказать, что во многом именно здесь прошло мое экзистенциальное созревание. Здесь были не только панк-утренники, но и самые настоящие драки с ножами и разбитыми об голову бутылками, если приходили наци-скинхэды. Постоянные войны с жильцами дома, один из которых поклялся посвятить остаток жизни тому, чтобы Лана закрыла-таки клуб. За 10 лет происходило много всего, 10 лет для клуба - это целая жизнь, учитывая, что ни в одном другом клубе Москвы никогда не происходило ничего подобного, даже близко. Так что для всей летописи понадобится намного больше обзорной статейки, а лучше всего - приходите в гости сами: www.jrc.ru.ru.

Комментарии  Версия для печати   Рейтинг: