i=1875
На главную страницу        >>>
  
Поиск по сайту
 

 

Подарок Веселого Роджера

Комментарии Версия для печати
На свете есть лишь один вид воровства, который выгоден не только ворам, но и обществу. То есть не обществу в целом, а конкретным его представителям. Например, мне. И тебе, дражайший читатель. Тебе он тоже выгоден. И твоим друзьям. И их знакомым. Да почти всем, кто способен отличить компьютер от кофеварки.




С рождения Билли пай-мальчиком был

Винчестер на моем компьютере битком набит ворованной интеллектуальной собственностью. На нем есть две версии Windows - '98 и '2000. Обе были куплены в переходе у метро "Марьино". Как вы догадываетесь, за цену немного ниже официальной. И на одном диске. На нем же был Microsoft Office, благодаря которому я могу комфортно писать эту статью в "Ворде". На множестве пиратских дисков, которые я покупал в разное время, были сотни других программ. Благодаря любезности пиратов я могу рисовать в "Фотошопе", по дешевке пользуюсь отличным англо-русским словарем и надежно защищаю свой компьютер от вирусов с помощью лучшей в мире антивирусной системы. Говорят, что таким образом я нарушаю закон. Меня, наверное, должна мучить совесть. Но моя совесть молчит в тряпочку. Как и твоя, и твоих друзей, и их знакомых. Спрашивать "почему?", копаться в причинах и вообще рассматривать этот вопрос с точки зрения морали бессмысленно по определению. Да и не нужно. Гораздо интересней будет разговор о чисто практической стороне этого явления.


Призрак лицензии

Пиратство приносит нашим гражданам колоссальную пользу - это очевидно. Без пиратства у нас не было бы того бешеного количества талантливых программистов, которых так охотно приглашают в Штаты, Канаду и другие страны, изнывающие от острого дефицита свежих мозгов. Можно не стесняясь - и даже без волшебного слова "почти" - говорить о том, что вся отечественная софтверная индустрия выросла на пиратских программах. Но сейчас наши крохотные гиганты крохотного программного бизнеса ведут против пиратов кровавую войну, спасая собственные кошельки. В авангарде наступления на белом коне скачет Microsoft, размахивая пафосными лозунгами и неутомимо штампуя листовки с призывами прекратить пиратскую анархию. Словом, антипиратское движение в стране существует. Но описания рейдов на Митинский или Горбушку смешно читать, ей-богу. Начинает казаться, что это то ли показательные выступления для публики, то ли комедия, разыгрываемая из дипломатических соображений: вот, мол, мы тоже возим конфискованные диски на свалку и тоже давим их бульдозерами. Пират получил два года условно, отечественные издатели довольны, российское отделение Microsoft ставит очередную галочку в рапорт для Билла. А юзер, как и раньше, спокойно покупает последнюю версию Adobe Premier или Windows XP в переходе под Лубянкой.

Если смотреть на вещи трезво, то нашему государству на данном этапе его развития ликвидация пиратства попросту не нужна. А нужна она в основном западным компаниям, которые действительно теряют огромные деньги. Вообразим, что с пиратством покончено. Лицензионные продажи Microsoft, Oracle и прочих монстров софтвера в России приближаются к ста процентам вместо нынешних трех-четырех. Реальная прибыль, конечно, возрастает, но вовсе не в геометрической прогрессии, как принято считать. Маловероятно, что Microsoft продаст по сто долларов столько же лицензионных копий Windows, сколько их продают пираты по три. Куда уходят новые прибыли? В основном - на Запад. Наше государство, нехреново потратившись на искоренение пиратства, получает лишь небольшую часть этих денег в виде налогов с продаж. Поскольку зарплаты у граждан не повысились, купить лицензионную копию нужной программы могут лишь компании, которым они позарез необходимы, или отдельные богатые индивидуумы. Темпы компьютеризации страны стремительно падают. Спонтанное развитие отечественной софтверной индустрии прекращается, успешными остаются лишь те компании, которые успели надежно закрепиться на рынке и заработали достаточно денег, чтобы не пользоваться пиратскими программами. Соответственно, позиции западных фирм становятся непоколебимыми, их прибыли растут, за что Россию хвалят и называют цивилизованной страной. И мы цивилизованно переходим с Windows на Linux и начинаем катать доносы на соседей, не пожелавших сдать в органы свою коллекцию пиратских дисков. Кстати, я не так уж и утрирую - на Западе бывали случаи, когда за предоставление сведений об использовании фирмой нелицензионной продукции анонимам выплачивалось вознаграждение. Впрочем, к чему далеко ходить? У нас подобные "наводки" - одно из основных средств борьбы пиратов между собой, да и просто хороший способ насолить любой конкурирующей фирме. Подобные прецеденты неоднократно описывались в компьютерной прессе, а не так давно созданное Национальное агентство по защите интересов правообладателей (НАЗИП) многие журналисты склонны считать еще одной спецслужбой. По информации газеты Utro.Ru, "в кулуарах представители службы соглашаются с предположением, что наводки на пиратские точки будут оплачиваться". Хотя, возможно, это так и останется слухами. Кому и за что тут платить, если "пиратские точки" в изобилии разбросаны по Москве и вовсе не думают скрываться?


Дешевле - значит лучше

Государство не станет всерьез заниматься борьбой с пиратством до тех пор, пока на горизонте не замаячит реальная выгода от "вступления в число цивилизованных стран". Впрочем, если судить по специальному исследованию агентства Datamonitor, компьютерное пиратство уже сейчас наносит мощные апперкоты нашей экономике: в 2000 году бюджет России лишился 730 миллионов долларов. Но надо понимать, что это чисто гипотетическая сумма, рассчитанная исходя из предположения, что объемы лицензионных продаж были бы равны объемам пиратских. А это, как я уже говорил, чистая утопия. Второй опорный пункт исследования касался рынка труда в сфере продажи программ, который якобы должен возрасти пропорционально снижению уровня пиратства. Возможно, это и так, но само пиратство - тоже в некотором роде труд. Который, пусть и незаконно, дает хлеб немалому числу наших граждан. И если, грубо говоря, "оставить без работы" тысячу человек, причастных к распространению контрафактной продукции, то какова вероятность, что все они найдут себе работу под легальными вывесками западных или наших компаний? Конечно, с точки зрения морали это странный аргумент, но, как я уже сказал, моральной стороны вопроса мы не касаемся.

Причиной, которая подвигнет государство развернуть широкую кампанию по борьбе с пиратством, могут стать внешние экономические санкции. Не так давно их жертвой стала Украина, одна из основных стран-производителей контрафактной продукции в Восточном регионе. На ее заводах вовсю штамповались пиратские музыкальные диски, экспорт которых в страны Восточной и Центральной Европы составлял около 70 миллионов копий в год. Можно представить, какие убытки терпели издательские компании... США долго требовали от Украины издать закон против контрафактной продукции, но добиться своего сумели лишь недавно, наложив торговые санкции на импорт украинской стали и текстиля. По подсчетам, убытки для украинской экономики могут составить до 470 миллионов долларов в год. Поглядев на эту цифру, Рада зашевелилась, и теперь на Украине развертывается мощная антипиратсткая кампания. Россия тоже не застрахована от вмешательства извне - вспомните недавнее "дело о куриных ножках". И все же пираты в России, на Украине и где угодно еще вряд ли когда-нибудь останутся не у дел. Этот бизнес в том или ином виде будет существовать до тех пор, пока существует понятие "интеллектуальной собственности". И наши граждане в большинстве своем будут, пока есть такая возможность, предпочитать дешевые пиратские программы дорогим лицензионным. И говорить спасибо Аллаху, что пиратство существует.

Говорить спасибо, что Веселый Роджер делает им подарок.

Комментарии  Версия для печати   Рейтинг: